– Фермерство развивается или приходит в упадок?

– На мой взгляд, фермерство в ЛО развивается и количественно, и качественно. Впрочем, как и по всей России. Есть хозяйства, в которых на смену старикам приходит молодежь, и они успешно работают. Есть такие, где молодых нет, и там деятельность заканчивается естественным путем. Но в основном хозяйства, которые выстояли в трудные времена, нашли свою нишу. И чтобы развиваться, они используют все современные рычаги, которые предоставляют и областной бюджет, и федеральная казна, и Союз фермеров.

– Каково примерное соотношение закрывшихся и оставшихся хозяйств?

– В Ленинградской области зарегистрировано чуть больше шести тысяч фермерских хозяйств. Из них на сегодня, по нашим оценкам, реально работают 800. Из них около 300 — в Союзе фермеров. Остальные в свободном плавании. В общем, работает не более тысячи хозяйств.

– Как взаимодействуют поколения?

– Например, в нашем Приозерском районе старики ухаживают за скотиной, кормят ее, поят, забивают, а молодежь подвозит корма, реализует продукцию, оплачивает налоги.

– Передаются хозяйства из поколения в поколение, или дети фермеров уезжают в город?

– Есть те, кто трудится в сельском хозяйстве с отцом и с матерью, есть те, кто уезжает. Тогда фермеры просто ищут партнера, с которым можно работать, и постепенно ферма переходит к другому человеку. Пока в город все же уезжают больше, чем остаются, но процесс уже пошел потихонечку в обратную сторону. Буквально недели три назад из Подпорожского района приехали три парня лет по 25, которые хотят заниматься фермерством. У каждого свое направление: крупный рогатый скот, свиноводство, растениеводство.

– Какие изменения происходят в фермерстве?

– Люди берут кредиты, хотят приобрести более современную и качественную импортную технику, хорошие породы скота. На цену практически не смотрят. Важно, чтобы было больше мяса, чтобы оно было качественнее, тогда и реализация пойдет значительно лучше.

Цена на продукцию, конечно, поднимается, но фермеры на спрос не жалуются.

– Со спросом, в общем, все хорошо?

– Уже полтора года, как у нас вопрос со сбытом не стоит. Продукции не хватает, и это отрадно. Особенно со всеми этими событиями в Европе…

– А этим кто-то уже воспользовался?

– Мы могли бы, но катастрофически не хватает земли. Девять гектаров в среднем на хозяйство — это очень мало. Получить дополнительную землю трудно. Правда, премьер-министр недавно заявил, что для фермеров с этого года будут отменены аукционы и торги. Землю можно будет покупать напрямую у государства, за 15% от кадастровой стоимости. Второй момент: государство берет на себя 50% оплаты процедуры оформления участков. Это оформление кадастра, межевание, разграничения и прочее. При наличии документов на оплату, естественно. Областной бюджет тоже помогает, правда, есть ограничение — до 50 000 рублей.

– А как это делается? Вот фермер хочет приобрести соседний участок. Возникают какие-то трудности. Куда можно пойти, к кому обратиться?

– Существует алгоритм, по которому мы работаем с фермерами. Процедура непростая. Землю в Ленинградской области хотят купить еще и различные физические лица, которые строят коттеджи, ДНП, устраивают охоту, организуют сельский туризм и т.д. Но мы помогаем именно фермерам.

Алгоритм такой. Человек сначала смотрит, какие земли не обрабатываются. Затем идет в администрацию поселения, чтобы взглянуть на карты. Если земля бесхозная, на нее можно претендовать. Он пишет заявление главе администрации района, в земельную комиссию. Там заявку рассматривают. Бывает — дают «добро», и фермер по закону имеет право получить надел бесплатно. Но иногда начинаются разговоры про цену и аукционы, прочие трудности. Мы подключаемся, ходатайствуем перед сельской и районной администрациями, если нужно — выходим на правительство области, на вице-губернатора. Не получается — через Ассоциацию фермеров России работаем с «Единой Россией», Минсельхозом. Бывает, доходим и до вице-премьера Виктора Зубкова...

– То есть вы оказываете мягкое административное давление?

– Не совсем и не только. Мы помогаем грамотно составить письмо, грамотно ответить, ходатайствовать. С нами работают юристы. Если дело доходит до суда, помогаем выиграть. Еще — написать бизнес-план, создать технико-экономическое об-основание, помочь с субсидированием.

– К вам может прийти любой фермер?

– Мы работаем только с членами Союза фермеров. Люди нам платят взносы, и мы обязаны их отрабатывать.

– А если приходит «дикий» фермер, просит помочь и обещает вступить в Союз?

– Бывает и такое. Мы идем навстречу, и люди нас не подводят, вступают в Союз фермеров. И мы несем за них ответственность.

– Коттеджная застройка, с вашей точки зрения, помогает или мешает развитию фермерства?

– Там, где идет стихийная застройка, самозахват, где люди правдами и неправдами выбивают участки, — это вредит и фермерам, и развитию района…

– А какие-то положительные аспекты у массовой коттеджной застройки есть? Появляется спрос на продукцию, например.

– Потребность в продуктах появится, ко-гда в этих домах будут жить люди. Но лучшие земли уже будут заняты коттеджами, а у фермеров даже выпасов не останется.

– Были прецеденты, когда бизнес, власть и фермеры совместно определяли, какие земли, кому и для чего интересны и перспективны?

– Практически таких предложений не было.

– Есть мнение, что логистика доставки и «последняя миля» –  самая больная тема. Как решается эта проблема?

– На сегодня есть интернет-магазин «Зеленая ферма», который работает с фермерами. Есть и просто физические лица, частные предприниматели. Работаем с ними.

– Кем в этой ситуации выступает Союз фермеров?

– Мы работаем в контакте с фермерами, с их разрешения даем телефоны поставщикам. Работаем на договорных отношениях. Предоставляем базу данных, рекламируем услуги, продвигаем поставщика, и не только в Ленинградской области. Мы предлагаем надежных людей, которые хорошо зарекомендовали себя, имеют хорошие хозяйства и готовы продавать качественную продукцию.

– Гипермаркеты интересуются?

– Мы пытались работать с сетями. Общее впечатление — негативное. По-прежнему существуют бонусы, невыплаты за поставленную продукцию, штрафные санкции. Не получается у нас с супермаркетами. Им нужны крупные поставщики с большим товарооборотом и стабильностью. Были разговоры о специальных отделах, но их не интересуют небольшие поставки.

– Были ли попытки создать в ЛО гарантийный фонд для фермеров?

– Такой фонд есть, он работает со Сбербанком. Фонд предоставляет залоги до 70%, часть процента субсидируется, в итоге его услуги получаются почти бесплатными. Это делается через Комитет по малому бизнесу Ленобласти.

Человек составляет бизнес-план, приносит его к нам. Мы ходатайствуем за него перед банком. Пишем заявку, ведем получение кредита.

– То есть деньги найти фермеру не проблема?

– Нет. Мало того, сейчас существенные подвижки и в Россельхозбанке. Появились инвестиционные кредиты до 15 млн, которые оформляются в течение 4–5 дней. Снижена процентная ставка на сезонные займы с 12–16% до 7–8%, это очень здорово. Есть субсидирование процентной ставки, так что люди за кредиты и не платят вовсе.

– Как вы относитесь к сельскохозяйственным ярмаркам?

– Нам предоставляют места для торговли с машин, набирают обороты ярмарки выходного дня в городе и области.

– Что происходит с экологической сертификацией хозяйств?

– Это мероприятие недешевое — порядка 140 000. Правда, деньги возвращаются через Комитет по малому бизнесу, но не сразу и не полностью.

У обладателя экологического сертификата куда быстрее продукция расходится, гипермаркеты серьезнее относятся.

– Есть удачные примеры фермерских товаров на полках гипермаркетов? Форель — понятно, в «О’Кее» встречается картошка Быкова, а еще?

– Воробьев Николай Николаевич, из Выборгского района, работает с сетями. У него картошка, морковка, капуста. Калганов Владимир Николаевич, тоже Выборгский район. Чушков Владимир Иванович — по птице. Соколов Алексей Александрович поставляет крупным организациям семенной картофель. Выходит на сети со своими сомами Петрова Римма Николаевна. Вроде бы и все. Люди хотят работать с сетями, но большие траты и серьезные обязательства их сдерживают.

– Какие новые ниши появляются в фермерстве?

– Сельский туризм. Великолепное направление, наши фермеры начали его развивать. Пока не так, как в Финляндии, но коттеджи, озеро, лес, удобства, животные, работа в хозяйстве — все это есть. В последнее время люди сильно заинтересовались пчелами. Самое рентабельное хозяйство: не надо ни поить, ни кормить, ни ухаживать, не надо чистить, ну разве только укрыть на зиму.  Есть еще хорошая тема — мини-зоопарки. Овечки, козочки — дети ведь их не видят. Ехал тут со знакомыми, маленький мальчик увидел корову и закричал: «Что это?» В Приозерском районе есть проект, совмещающий рыбоводческое хозяйство с отдыхом и сельским туризмом: озеро в аренду, коттеджи, рыбалка, отдых. Есть возможность развивать нетрадиционное сельское хозяйство: хлебопечение, портняжничество, скорняжное, сапожное дело и т.д.

К сведению

Анатолий Сорокин родился 18 октября 1948 года в Ленинграде.

В 1972 году закончил институт им. Бонч-Бруевича, по специальности инженер по радиосвязи и радиовещанию. С 1978 — в армии. Прошел путь от инженера до преподавателя Ленинградского высшего военно-строительного училища имени Комаровского. В 1988-м получил второе высшее образование, окончил Политех по специальности инженер-программист.

С 1994 — на пенсии. В 1994 завел фермерское хозяйство с уклоном в пчеловодство. В 2000 стал президентом Союза фермеров Приозерского района, в 2007-м — президент Союза фермеров ЛО и СПб.

Союз фермеров Ленинградской области и Санкт-Петербурга — некоммерческое партнерство. Зарегистрировано в 2000 году, объединяет фермеров всех районов ЛО. В каждом районе есть отделение Союза. Основное направление деятельности — защита  интересов фермеров.

В организацию входит водит около 300 фермеров, ЛПХ и кооперативов.