175
0
Елисеев Никита

Жара

Лето дает последний бой, но тем он яростнее. Жара оглушительная. Яблок — немерено, куда девать — непонятно. Говорят, большой урожай яблок —  к войне. К очень большой войне. Вот и почитать стоит про большую войну. Про то горе, которое она приносит людям; про то, с какими потерями люди выходят из этой войны.

 

Девочка и фашизм

 

Оксфордский профессор нидерландского происхождения Барт ван Эс знал, что в их семье какое-то время жила еврейская девушка, а потом поссорилась с его (будущего профессора) дедушкой и бабушкой, ушла из семьи. Решил по прошествии многих лет найти эту девушку. Стал искать, нашел, узнал ее историю. С разрешения женщины рассказал эту историю граду и миру. Написал книгу «В поисках Лин. История о войне и о семье, утраченной и обретенной». В 2021 году эту книгу перевела на русский Вера Полищук, а издательство «Книжники» опубликовало. Спойлерить не хочется. Скажем так, у еврейской девушки Лин (Хесселин) не было никаких оснований ссориться со старшими ван Эсами, но причины для такой ссоры были. История-то о том, как честные и отважные люди Нидерландов спасали еврейских детей во время нацистской оккупации и как подонки пользовались абсолютно беззащитным положением этих детей. Барт ван Эс был потрясен этими двумя обстоятельствами. Он и знать не знал, что на улочке небольшого городка, где он рос, было столько семей, в которых спасали детей. (Гестапо тоже об этом не знало.) Кроме того, он знать не знал, что можно быть такими подонками, как… Не буду спойлерить. Замечу только, что это одна из лучших антивоенных, антифашистских книг, мною читанных. Она ведь о травме, которую наносят фашизм и война; о том, как тяжело, мучительно заживает эта травма, если вообще заживает.

 

Эс, Барт ван. В поисках Лин. История о войне и о семье, утраченной и обретенной. Пер. с англ. Веры Полищук. — М., Книжники, 2021. — 304 с.

 

Поэт и чекизм

 

В прошлом году исполнилось 125 лет со дня рождения Леонида Канегисера. Поэта, друга Есенина, Михаила Кузмина, Марины Цветаевой, 30 августа 1918 года застрелившего начальника петроградской ЧК Моисея Урицкого перед его кабинетом. После этого покушения, к которому подверсталось покушение на Ленина, и был развернут «массовидный» (окказионализм Ленина) красный террор. Героизм Канегисера сомнению не подлежит. Как не подлежит сомнению и то, что его выстрел стал удачнейшим поводом (см. выше) для массовых бессудных казней. Издатель сборника «Леонид Канегисер. К 125-летию со дня рождения», Тарас Геннадьевич Сидаш, — теолог, переводчик, поэт (переводчик на русский язык «Эннеад» Плотина и философских сочинений Юлиана Отступника) подошел к делу с научной основательностью. Собрал все, что написано о Канегисере и что написано самим Канегисером (стихи и рецензия на ахматовский сборник «Четки»). Оказалось, не много — очерк Марка Алданова, мемуарный очерк Георгия Иванова, мемуарный очерк Георгия Адамовича, посвященный Канегисеру, отрывок из очерка Марины Цветаевой «Нездешний вечер», статья Евгения Зноско-Боровского, заметка Николая Бокова «Живы ли дневники Канегисера», отрывки из дневника Ольги Гильдебрандт-Арбениной, рассказ Юрия Юркуна, посвященный Канегисеру, венок сонетов Юрия Линника и обстоятельное исследование Виталия Шенталинского. В предисловии к сборнику Тарас Сидаш сетует на то, что мы и сейчас знаем о деле Канегисера немногим больше, чем знали Марк Алданов или Георгий Иванов. Это не так. Кое-что мы знаем. И это кое-что меня вынуждает вздрагивать. Во-первых, мы знаем, что Моисей Урицкий был одним из редких руководителей ЧК — противников развертывания террора. Во-вторых, мы знаем, что в тюрьме Канегисер поддался на такую провокацию следователей ЧК, на какую ни один спокойный, опытный подпольщик (террорист) не поддался бы. И в-третьих, мы знаем, что следователи, которые провернули дело с провокацией, были отстранены от производства бывшим замом Урицкого, Глебом Бокием, сторонником «массовидного» террора, а дело закрыто расстрелом Канегисера. Три этих знания меня (например) вынуждают предполагать: а не поддался ли Канегисер, наивный, смелый, честный Дон Кихот, еще на одну провокацию? Не провел ли его кто-то так же, как его провел в тюрьме охранник, которому Леонид Иоакимович умудрялся передавать зашифрованные письма на волю? Поэтам нечего делать с ЧК. Любым людям, впрочем, с этой организацией делать нечего.

 

Леонид Канегисер. К 125-летию со дня рождения. — СПб., Квадривиум, 2021. — 256 с.

 

Предчувствие и реальность

 

Умнейшим из позднего питерского андеграунда был поэт Виктор Кривулин (1944–2001). Он многое верно предчувствовал (все поэты многое верно предчувствуют), но уж очень умно свои предчувствия облекал словами и ритмом. Вдова поэта, Ольга Кушлина, выбрала самые в точку грядущего бьющие стихи с 60-х по 2000-й, издательство Ивана Лимбаха небольшой, но весомый сборник опубликовало. Я просто процитирую только начало стихотворения Кривулина 1983 года: «Недостаточно еще остервенели / но кругом тоска по сталинской струне / духовая музыка одетая в шинели / марширует как во сне // ей покуда некуда приткнуться / округленно-блещущим плечом — / но войска восстанут мертвые проснутся / призрачная жизнь забьет ключом». И этого, по-моему, достаточно.

 

Кривулин Виктор. Ангел войны. Сост. О. Б. Кушлиной; Послесл. О. Б. Кушлиной, М. Я. Шейнкера. — СПб., Издательство Ивана Лимбаха, 2022. — 116 с.    

 

 

 

если понравилась статья - поделитесь: